web 2.0

«Европейский учитель в ЮАР может получать $3 тысячи в месяц»

История белорусских разработчиков, которые занимались установкой приложений в африканских школах — в материале dev.by.

Delivery Director в Intetics Алексей Жуковский несколько лет работал на образовательном проекте для африканского заказчика, а когда пришло время запуска продукта, вместе с разработчиком отправился в ЮАР.

Алексей вспоминает, как демонстрировали систему в бедных и богатых школах Йоханнесбурга, Кейптауна и Дурбана. Без сучка и задоринки не получилось: устаревшие слабые процессоры Pentium и Atom, канал интернет-соединения 1 Мбит/с на весь класс и гаджеты марки noname.

Четыре года — интенсивность разработки постоянно менялась — наша небольшая команда из семи человек работала над системой для диагностики знаний африканских учащихся. Заказчиком был преподаватель из богатой семьи. Дэйвид проработал в школьной системе около 15 лет. При этом у него был неплохой бизнес в образовании и несколько реализованных проектов. В том числе поработал уже с нами.

Он загорелся более амбициозной идеей — создать программу, которая будет находить у учеников слабые места в школьной программе и говорить, какие области знаний нужно подтянуть. Банально: если человек не знает сложение, то, скорее всего, у него будут проблемы с умножением.

Когда мы завершили проект и отдали софт заказчику, тот попытался самостоятельно запустить его в некоторых школах ЮАР. Но столкнулся с какими-то странностями в работе системы. Технических специалистов на его стороне не было, а администраторы в школах неквалифицированные.

Заказчик стал звонить нам и спрашивать: «Что у вас за приложение, оно постоянно глючит, виснет?!». Мы долго не могли понять, в чём дело. У нас оно корректно работало на всех массовых и топовых устройствах и «операционках».

Решить проблемы удалённо не получилось, и мы собрались в Африку.

ADSL-канал на 8 Мбит/с — максимум. Иногда встречали и «мёртвый» dial-up

Перед вылетом начитались новостей и стало немного жутко: высочайшая преступность, убийства, грабежи, малярия и прочее. Друзья и знакомые отговаривали: «Куда вы собрались? Надо оно вам?».

Кстати, прививки перед поездкой мы не делали. Во-первых, побочные действия от препаратов иногда опаснее, чем сама болезнь. Во-вторых, малярия водится только в отдалённых районах Африки, далеко от цивилизации. Заразиться ей в крупном городе нереально. Заказчик подтвердил: «Ребята, даже не рыпайтесь, за два дня до вылета нет смысла прививаться».

В бедных районах Йоханнесбурга видели «гетто» и брутальные трущобы, где порой нет ни канализации, ни воды. Перед нами устрашающе возвышалась опустевшая 54-этажная башня Ponte City. Говорят, в 2000-е власти освободили небоскрёб от банд, которые превратили её в рассадник преступности и наркомании. Мы не фанаты такого экстрима, подниматься не стали.

По всей Африке красной нитью — резкий контраст нищеты и богатства, расовое и социальное расслоение. По городу могут ездить дорогие машины, вроде Porsche, и в то же время прямо на светофоре к тебе подходят уличные бродяги или продавцы значков для автомобилей. И все просят денег.

Один знакомый поставил там на машине бронированные стёкла, потому что даже в центре города запросто могут разбить стекло и залезть в машину. Ночью никто не останавливается на красный свет, потому что в этот момент может подъехать машина, из которой выскакивает банда отморозков, выбивает стёкла, вышвыривает водителя и грабит его или угоняет автомобиль.

Некоторые пригороды настолько богаты, что там нет пешеходных дорожек — люди передвигаются только на автомобилях. Меньше всего социальный контраст заметен в туристическом Кейптауне. Правительство следит за имиджем, поэтому, наверное, нищих гоняют, чтобы не отпугивали туристов.

Технологии в Африку проникают медленно. Мобильный интернет дорогой, доступность не очень высокая, ADSL-канал на 8 Мбит/с — максимум, что мы видели, оптоволоконных линий вообще не было, иногда встречали и «мёртвый» dial-up. Информация часто распространяется на дисках.

Там нет таких крупных ИТ-компаний, как Google или Facebook. Но есть локальные стартапы, некоммерческие организации и представители большого бизнеса, ориентированные на местный рынок. Они предлагают самые разные услуги: от удобного шопинга и улучшения условий проживания до платформ для коворкинга и сервисов по уменьшению разрыва между представителями различных слоев населения.

Государство проводит тендеры, госзакупки программного обеспечения вместе с железом. В нескольких частных школах видели неплохую инфраструктуру с виртуальными рабочими столами. По тому, как наш клиент строит бизнес, мы заметили, что область образования часто финансирует такие проекты.

В ЮАР есть интересные сервисы, например, для определения типа страховки в зависимости от образа жизни человека. Система собирает множество параметров о твоём здоровье, питании и прочее. И просчитывает коэффициент. Чем выше эта цифра, тем выгоднее у тебя страховка.

Мы нашли там Uber и несколько раз проехали на нём. Паркинги и парковки, кстати, хорошо оснащены, пропускные системы работают автоматически, сами трекают время, номера, проводят оплату.

Зарплаты в Южной Африке близкие к европейским. Популярные профессии, конечно, не айтишные, а скорее инженерно-технические, медицинские, администраторские в гостинично-ресторанном и туристическом бизнесе.

В Африке много, на мой взгляд, недооцененных регионов, где есть всё необходимое, чтобы построить там хорошие экономики. В такие районы сейчас, в частности, вкладывает деньги Китай. Возможно, чтобы перенести туда свою «мировую фабрику» в следующие 10-20 лет.

Даже флаг со школьного двора украли

В ЮАР мы посетили как бедные, так и богатые школы. Одни внешне напоминают 200-летние замки, находятся на холмах и возвышенностях. Другие — новостройки с огромными теннисными и футбольными кортами. Но роднит их одна деталь: снаружи выглядят ещё ничего, а внутри — разрисованные и искромсанные парты со стульями, мебель обветшалая, как будто подуставшая. Белорусские школы, наверное, получше выглядят.

Привычных для нас классов в африканских школах мы не встретили. Просто идёшь по улице, открываешь какое-нибудь тонкое бамбуковое подобие двери — и вот тебе класс или ванная комната. Всё — прямо со двора, с улицы.

Если в бедных школах учится только коренное население, то в богатых — и местные, и иностранцы. Вообще, в ЮАР, особенно в богатых школах, много иностранных учителей из Европы или Северной Америки, которые приезжают туда по программам повышения качества образования. Приезжим педагогам предлагают лучшие зарплатные условия, чем местным. Европейский учитель в среднем может получать около $3 тыс в месяц.

Мы заметили, что в богатых школах часто двор усыпан сумками и рюкзаками. Такого понятия, как тамбур, вестибюль у них нет. В бедных районах полно головорезов, которые ошиваются вокруг школ в надежде что-нибудь отжать. Даже флаг со двора украли. Поэтому большинство бедных школ обнесены колючей проволокой, на окнах висят решётки, а шкафы заколочены. Здесь никто свои вещи во дворе не бросает, дети более собранные и осторожные.

Наше приложение мы планировали запускать в школах, с которыми заказчик наладил отношения. Поэтому важно было, чтобы всё было без сучка и задоринки. Но в действительности мы столкнулись с большим количеством неожиданностей.

От школы к школе были разные проблемы, но отчасти похожие. Как правило, оборудование, включая роутеры, планшеты и компьютеры были бюджетными, устаревшими, а в бедных школах вообще страшными. В основном китайской марки, как мы называем, noname.

В бедных школах на компьютерах в лучшем случае было 2 ГБ «оперативки», процессоры поколения Pentium, Atom, устаревшие и откровенно слабые. Операционки не обновлялись годами и находились в запущенном состоянии. Школьные администраторы не понимали, что происходит с компьютерами при запуске нашего приложения. Хотя проблемы были банальными: то антивирус блочит программу, то Windows скачивает обновление.

Невооружённым глазом видно, что инфраструктуру в школах делали непрофессионалы. Покрытие Wi-Fi слабое, не всегда удавалось держать соединение, особенно, когда весь класс, 30 человек, подключался к интернету. В этот момент все компьютеры одновременно начинали скачивать обновление Windows, которое съедало всю оперативную память и перегружало канал. Для понимания — 1 Мбит/с. Понятное дело, что с такой скоростью там ничего не работало. И заказчик думал, что наше приложение ломает его ОС.

Также столкнулись с банальными организационными моментами, которых, по сути, не должно было быть. Например, неправильно создали аккаунты некоторых пользователей, где-то забыли что-то поставить, настроить, перепутали email студента. Всё до мелочей приходилось проверять самим. К слову, мы не встретили ни одной нерешаемой проблемы.

Для людей, слабо разбирающихся в технологиях, кажется, что с компьютером происходит что-то странное, когда он начинает виснуть. Это мы, айтишники, знаем, что если что-то глючит, то можно посмотреть, какие процессы запускаются в фоновом режиме. А там для людей — это всё магия.

А по детям, кстати, видно было, что им интересно использовать новую программу, проходить тесты. Они радовались, показывали друг другу результаты, хвастались. Были ребята, которые даже пытались обманывать систему, перезапуская приложение — дети они и в Африке дети.

Сейчас основная задача африканского образования — удержать детей в школах, чтобы они не уходили в бандитизм. Если поменять приоритеты молодому поколению, то в принципе, думаю, перемены к лучшему возможны.

Приложение устойчиво к отказам интернета — можно месяц учиться без Сети

В нашем приложении для африканских школ — большая база заданий, тестов, учебных материалов. Вопросы каждого теста имеют связь с темами и областями знаний, которые ученики уже проходили. Каждый тест покрывает определённые области знаний, связанные с другими областями. После прохождения теста алгоритм рассчитывает коэффициент усвоенного материала и говорит, в каких областях есть прорехи. Время от времени система предлагает ученику пройти материал на устранение этих дыр.

При разработке аналитической системы мы использовали знания учителя, поэтому в каких-то диагностических моментах приложение повторяет его опыт, например, в зависимостях между областями знаний. Эти связи были расставлены по захвату опыта преподавателя. Когда у нас будет больше данных, можно будет такие связи выстраивать самостоятельно.

Через админку можно наполнять систему новыми учебными материалами и назначать классы на конкретный тест, следить за успеваемостью, отслеживать, какие темы дети хорошо усваивают, а какие — нет. Также есть мобильное приложение, которое работает без интернета, но с синхронизацией данных.

Приложение очень устойчиво к отказам интернета. Можно месяц учиться без интернета, а потом подключиться к сети и выгрузить все результаты пройденных тестов и заданий на сервер. Если у тебя есть планшет, то через приложение удобно выполнять домашнее задание. Тогда преподаватель может назначать задание индивидуально, ориентируясь на твою успеваемость. Плохо понимаешь интегралы? Вот тебе несколько упражнений и тестов на эту тему.

Наш сервис покрывает все основные предметы африканской программы: математику, физику, социальные науки и прочее. У них, кстати, достаточно необычно формируется программа. Физика, например, включает разделы из химии. Для младших классов был такой предмет, как «жизнь в социуме», где рассказывали элементарные вещи. Например, что нельзя пить из ручья.

Разработка проекта завершена. И сейчас мы обсуждаем другие продукты, которые отпочковываются от основного приложения.

Южная Африка в своё время получила толчок за счёт того, что туда стекались квалифицированные специалисты. Сейчас кроме индусов особо никто не едет туда. Многие, с кем я общался, говорили, что началась утечка мозгов. Часто африканцы с хорошим образованием уезжают, чтобы реализоваться, в Америку, Австралию. Из англоязычного мира сейчас, наверное, более привлекательна Австралия, нежели Африка. Там и перспектив больше, и уровень жизни выше.

Добавить комментарий