web 2.0

«Я не хочу заниматься бизнесом ни в России, ни в Узбекистане»: Алишер Усманов о конкурентах, гениях и наследниках

Главное из интервью предпринимателя журналу Forbes, назвавшего его «бизнесменом года».

Об участии в новых проектах

Я закончил «историю наживы» и с тех пор никакими новыми проектами лично не занимаюсь. По мере своего интеллекта, возраста и авторитета поддерживаю те начинания, которые в нашей группе продвигают молодые ребята. Они касаются многих тем, которые связаны и с ИТ, и со всеми так называемыми новыми бизнесами.

Молодые ребята — это такие, как председатель совета директоров Mail.ru Дмитрий Гришин. Когда он начинал свой фонд Grishin Robotics, я ему помогал. Или тот же руководитель USM Holdings Иван Стрешинский. Он сейчас увлечен новыми бизнесами, что-то самостоятельно делает внутри группы. У него есть свои планы развития, и я постараюсь ему в этом помочь.

Буду ли я принимать акционерное участие в этих бизнесах или не буду и в какой форме, я еще не знаю, но они уже идут без моего доминирования. Раньше весь бизнес группы был, конечно, под моим управлением, я решал, как рисковать, что вкладывать, где зарабатывать. И главное, что и как тратить. Слава богу, пока наша группа пусть и с большими по сегодняшнему дню долгами, но твердо стоит на ногах.

О долгах USM Holdings и «Мегафоне»

Размер долга — коммерческая тайна. Все кредиты обслуживаются. В том числе те, которые мы брали на покупку «Мегафона». Мы уже начали погашать основной долг, тело кредита. Мы покупали долю «Альфа-Групп», когда «Мегафон» стоил $20 млрд. Сегодня речь идет об оценке кратно ниже — $5,5 млрд. Хотя никаких поводов для этого «Мегафон» не давал, рос и качественно, и технологически. Но отсутствие сегодня на западных биржах системы критериев оценки российских эмитентов делает невозможным и нецелесообразным поддержание там листинга.

Из-за несправедливо низкой биржевой оценки мы получаем огромные ограничения и проблемы по всем банковским кредитам. Поэтому мы ушли с Лондонской биржи. Мы считаем, что «Мегафон» сейчас должен работать только на то, чтобы возвращать деньги и готовиться к новому этапу развития рынка мобильных операторов.

Какие-то контуры будущего уже понятны, но какими они будут в конечном итоге, очень трудно говорить. Два года еще нужно будет наблюдать тенденции, тренды. Этим займется обновленный состав менеджмента «Мегафона». Их мы тоже рассматриваем как потенциальных акционеров. Будем смотреть на результаты.

О владельцах USM Holdings

Сначала у меня была доля 50%, потом я по 1% подарил двум друзьям. Теперь у меня 49%, потому что одному другу понадобились деньги и он ушел. Сегодня у моих партнеров такие доли: у Владимира Скоча — 30%, у Фархада Мошири — 8%, у Стрешинского — 3% и еще 10% зарезервированы для менеджеров. У Стрешинского доля в ближайшее время увеличится.

Иван Таврин ушел в автономное плавание, он больше не акционер (ему принадлежала доля в 3%). Он не сам по себе, он в группе друзей, но он хочет быть антрепренером, ему это в кайф. Глупо с его стороны было уходить, я считаю, но я его отпустил с удовольствием и пожелал ему успехов. Отдал ему не очень задорого все активы, которыми мы владели вместе.

О передаче бизнеса наследникам

Зачем отдавать бизнес детям, которые не умеют работать? Для них можно сделать наследственный траст, слава богу, законодательство теперь дает возможность сделать его в России. Они будут получать какие-то дивиденды, которых хватит для того, чтобы начать собственный путь, или строить бизнес, или просто безбедно жить.

Это трагедия, когда следующим поколениям не удается сохранить накопленные капиталы. Зачем кого-то сознательно обрекать на трагедию, которая рано или поздно случится? Передавать по наследству можно деньги, полученные из бизнеса, а по поводу самого бизнеса надо долго думать, кому его оставлять.

Если будут толковыми, тогда будут акционерами. Племянники только начали стажироваться в наших компаниях. Кто-то из моих родственников уже работает. Их мало, но один из них полностью соответствует сегодня бизнесу «Металлоинвеста».

И все-таки как самый реальный вариант я сегодня вижу передачу своего пакета в руки менеджмента, чтобы они продолжили дело. Они доказали, что умеют, они молодые. Среди них, наверное, может оказаться и кто-то из моих родственников.

О переговорах с Alibaba и знакомстве с главой компании Джеком Ма

AliExpress, «дочка» Alibaba, в России уже успешно работает. Мы договорились с Alibaba о том, что передадим AliExpress часть своих активов в обмен на контроль в совместном предприятии. Мы можем дать им платформу, Mail.Ru — это 100 млн пользователей, которые могут покупать их товары, плюс 76 млн пользователей «Мегафона».

Эта история еще до конца не получилась. Сделка будет итогом долгих переговоров Mail.Ru и «Мегафона» с Alibaba и AliExpress, которые завершатся, когда стороны найдут то, о чем они договаривались в самом начале, и взаимоприемлемые условия будут взаимовыгодными.

С Джеком мы действительно знакомы, познакомились на форуме в Давосе, где собирали лидеров бизнеса. Мы с ним, два азиата, оказались среди сплошь американских лидеров. Я сам не понимаю, как я туда попал, думаю, скорее всего, сработала тема Facebook. У нас с Джеком сложились достаточно теплые отношения. В то же время мы редко видимся — он занятой человек, и я тоже.

О конкуренции с «Беру» — проектом «Сбербанка» и «Яндекса»

Мы не будем конкурировать. Конкурировать со «Сбербанком» — это себе назло. С Воложем у нас разные секторы, разные бизнесы. Mail.Ru cегодня — это та площадка, которая в любом случае будет нелишней ни для Воложа, ни для Alibaba, ни для Сбербанка. Мы со всеми будем партнерами. В тех областях, где работает «Яндекс», конкуренция дает только рост бизнесу. А Сбербанк всегда уверен, что выиграет любую конкуренцию. Да и мы тоже не трусливые. Mail.Ru — хорошая компания, она будет с ними конкурировать, и хорошо. Рано или поздно все эти усилия на российском рынке консолидируются.

О филантропии

Я ничем специально не занимаюсь. Я по статусу и по возрасту сегодня пенсионер, который в связи с субъективными обстоятельствами биографии может позволить себе заниматься теми делами, цель которых — доставлять людям удовольствие, дарить красоту, помогать им достигать спортивных результатов, открывать что-то новое в науке.

Мне в целом благотворительные проекты доставляют все больше и больше удовольствия, потому что я вижу результат. Например, несколько слепых людей стали видеть — им установили бионические импланты впервые в России. У меня есть несколько хороших результатов в спорте — мы помогаем и баскетбольным командам. Везде в спорте, где я могу помогать, я помогаю. Даже с «Арсеналом» не теряю связь — теперь помогаю российскому «Арсеналу» из Тулы. (Усманов продал свою долю в английском футбольном клубе «Арсенал» — vc.ru)

В искусстве я сосредоточился на выборе тех произведений, которые ставят на первое место историю и человеческие мироощущения описываемого периода. Мне нравится иметь дело с такими людьми, как Андрей Кончаловский. Я у него уже во втором фильме выступаю продюсером. Я не мешаю творческому процессу, я играю пассивную роль в его реализации. Сейчас он снимает фильм «Грех», посвященный жизни Микеланджело.

В спорте я начал с поддержки художественной гимнастики — того вида спорта, которому посвятила жизнь моя супруга. А сейчас поддерживаю свой любимый вид спорта — фехтование. Пока есть успехи, мне приятно. (Усманов — президент международной федерации фехтования).

О президентстве в Международной федерации фехтования

Я мало езжу, но много контролирую. Вы видели, чтобы раньше фехтование было на канале Eurosport? При мне уже пять лет идут передачи. У нас огромный контракт с Eurosport. Мы в первой десятке по показам.

Я не хочу заниматься бизнесом ни в России, ни в Узбекистане. Сегодня 80% моего времени уходит на руководство деятельностью Международной федерации фехтования, 9 декабря нам будет 105 лет и мы будем проводить торжества по поводу юбилея в Париже — городе, где федерация была основана. Мы пригласим всех живых олимпийских чемпионов, всех многократных чемпионов мира, все федерации и все руководство мирового спорта. Чтобы такое мероприятие провести, необходима огромная кропотливая работа.

Еще у нас идет грандиозная подготовка к Олимпийским играм, в которых впервые в рамках нашей федерации будут разыграны золотые медали во всех 12 видах фехтования. К 2020 году уже нужно будет развивать новые технологии ведения боя.

Есть много технологических новшеств, которые могут подарить фехтованию зрелищный эффект, телевизионную привлекательность. Их нужно научиться использовать. Это нужно с точки зрения коммерческой состоятельности. Это самый большой участок, на который направлены мои жизненные силы.

Об инвестициях в «Арсенал» и продаже его доли

Я считаю, что «Арсенал» имеет перспективы роста. Так же как и «Пахтакор». Считаю, что Азиатский континент будет усиливать свои позиции на футбольных полях, так же как и Африка. Пока футбол — это Латинская Америка и Европа, но на ЧМ уже есть команды, которые могут проходить на высокие уровни. В последнем ЧМ Япония прошла в 1/8 финала.

Продать «Арсенал» заставила патовая ситуация. Коалиция миноритариев, которая защищалась то от одного, то от другого акционера, продала акции Стэну Кронке. Мы долго вели переговоры, хотели выкупить у него пакет (67% акций), но потом поняли, что он не хочет продавать. Тогда мы решили продать.

При таком ведении дел, при том руководстве, которое там было, не было смысла оставаться. Он предложил мне практически ту же цену, что и я предлагал ему. Было неправильно в плане бизнес-этики не отвечать ему. Я и продал.

Об инвестициях в Узбекистан

Часть проданного пакета «Арсенала» я вложил в исламский центр в Ташкенте. Бюджет строительства учитывает мой вклад $100 млн. Помимо этого, через наш фонд мы вкладываем в развитие сел и кишлаков Узбекистана. Есть совместная программа правительства Узбекистана с Всемирным банком.

Один из проектов программы — развитие кишлаков, в том числе на моей малой родине в Намангане. В этот проект мы вложим в общей сложности $100 млн. Еще будет спортивно-инвестиционный проект. Это еще $100 млн. В общей сложности около $300–400 млн будет вложено в Узбекистан к концу следующего года. Это будут только социальные проекты, в другие я не буду вкладывать.

О киберспорте

Меня это не интересует, это все Стрешинский. Это мои молодые бизнесмены, они что-то находят, говорят, это будет интересно, я им даю деньги, они вкладывают. Киберспортивную компанию ESforce продали Mail.ru, получили хороший трафик для киберспорта. Mail.ru выгодно — все, кто там играет, сидят в Mail.ru.

О гениях среди бизнесменов

Я в жизни не одного гения встретил, это и Юрий Мильнер, и Иван Стрешинский. Теперь еще и Джек Ма. И, конечно, в моей жизни был еще один гений — Рем Иванович Вяхирев (бывший глава «Газпрома»).

Об инвестициях c Юрием Мильнером

Когда ко мне в 2009 году приходил Мильнер, и сейчас, когда ко мне приходят, я очень четко и жестко изучаю все, что мне приносят. Я уже тогда понимал, что инвестировать в Facebook будет феноменально. Мечтой Мильнера было добрать от 0,5% до 1% акций, а я сказал, если туда идти, надо брать больше. В одно время у нас было около 8% акций.

Одно время фонд DST Global был на 80% наш. Но теперь Юра развивается как самостоятельный бизнесмен. Дай бог ему огромных успехов, я желаю ему всего наилучшего.

Какие-то позиции в его фондах у нас остаются — на несколько сот миллионов долларов. Я этим уже не занимаюсь. Новых совместных операций мы пока не делаем, пока нет предмета. Предлагают какие-то большие инвестиции — мы к ним не готовы, есть какие-то маленькие — они нам не интересны. Мы с Юрой постоянно контактируем, общаемся, но пока не по бизнесу.

О реставрациях в Риме

Я люблю Рим. Очень. Когда в Риме в 2014 году проходил конгресс Федерации фехтования, нас пригласил мэр города. Я был потрясен гобеленами, картинами на стенах мэрии и удивился их состоянию. Спросил: почему не реставрируете, не боитесь, что пропадут? Мне ответили, что нет денег на восстановление. Я спросил, сколько надо. Когда мне назвали цифру (несколько миллионов евро), я пообещал помочь.

Потом ко мне обратился тогдашний посол в Москве. Я помню здание посольства Италии, оно очень красивое. У меня с Италией все-таки особые отношения — я живу почти все лето на Сардинии. Я туда тоже вложил деньги и вижу результат — здание как новое, выглядит прекрасно.

В Риме напротив президентского дворца теперь нормально работает фонтан Диоскуров. Или как можно было мне, юристу, отказаться восстановить колоннаду Траяна? Там хранятся первые юридические документы Римской империи.

У меня с фондом есть совместные проекты, поддержка творческих коллективов — от «Современника», Мариинского театра, оркестра Спивакова до небольших коллективов регионального уровня. Это уже все выбирают девушки из фонда.

#алишерусманов

Добавить комментарий